— Это вы главный редактор «Мурзилки»?
— Ну, я.
— Здравствуйте, я детский поэт.
— И чо?
— Я пишу детские стихи.
— Да ты чо?!!! Я практически счастлив!
— Хочу, чтобы вы их напечатали.
— Полное собрание сочинений или обойдёмся парочкой.
— Лучше полное.
— Разумеется.
— За деньги.
— Не хочется вас расстраивать…
— Я плачу.
— Давайте-ка на этом месте поподробнее…
— Сто баксов за строчку.
— Мне начинают нравиться ваши стихи.
— Если мало – скажите, деньги не вопрос.
— Я становлюсь поклонником вашего творчества.
— Хотите, я вам стихи почитаю?
— Я весь — внимание!
— Наша Таня громко плачет,
Уронила в речку мячик.
Тише, Танечка, заткнись,
Иди, нахрен, застрелись… Ну, как?
— Современно… Простите за пошлый вопрос, а откуда у вас деньги?
— У меня нефтеперерабатывающий комбинат свой, сеть заправок, пару ресторанов…
— Я вижу в вас потенциал! Талант!
— А вот ещё: Зайку кинула хозяйка –
На бобах остался зайка.
— На злобу дня, так сказать…
— Или вот, из последнего:
Уронил я Мишку на пол,
Оторвал я Мишке лапу.
Я теперь его не брошу,
Потому что он мне должен.
— Да, живенько… Самобытно. И вы их все хотите публиковать?
— А чё? Сейчас, мне кажется, мало кто пишет для детей. И я подумал – Кто, если не я?
— Да, это правда.
— А вот ещё. Мой любимый.
Мы с Захаром
Ходим парой!
Пи3.14дорасы
Мы с Захаром!
У меня там сначала вместо Захара был Тарас… Ну, понятно, да? Тарасом -Пи3.14дорасы. Но мне показалось, что как-то примитивно, как вы находите?
— Скажите, а сумма в двести баксов вас не обременит?
— Не вопрос.
— За слово.
— Ради детей и ради литературы мне ничего не жалко. А вам правда мои стихи нравятся?
— Я сразу увидел в вас поэта! Пойдёмте, коллега!